1. А судьи кто?
Нигун «Тику ба-ходеш» (Трубите в месяц) и его версия «Наши крамки» возник как результат взаимодействия представителей двух хасидских направлений. Когда хасиды Ребе МААРАШа возвращались из Любавичей после осенних праздников, хасиды ребе из Копуст подкалывали их: ну, и что вы выучили у своего Ребе за Тишрей? (Современники свидетельствуют, что ребе из Копуст произносил сложные длинные философские маамары, что было предметом особой гордости его последователей и причиной насмешек над любавичскими хасидами).
В тот год, когда был создан нигун «Тику ба-ходеш», расклад по датам получился таким, что хасиды прослушали в Любавичах три трактата: «Тику ба-ходеш», «Ба-ходеш а-швии», «Шува Исраэль». Чтобы не расплескать духовное богатство, они положили начальные строки этих трёх трактатов на музыку субботнего и праздничного нигуна. Его же использовали в качестве ответа насмешникам на вопрос «что вы выучили у вашего Ребе?»
Попробуем проанализировать музыку этого нигуна, чтобы понять, в чем именно заключается ответ любавичских хасидов, и что в ХАБАДе учат у Ребе.
2. Зазвучит ли шофар в городе, и народ не содрогнется?
Нигун «Тику ба-ходеш» открывается имитацией звука трубления в шофар. Далее, звучат две аллюзии (не «дословные» цитаты, но узнаваемые отсылки на первоисточник): фрагмент нигуним «Арба бавот» Алтер Ребе и «Капеллы» Мителер Ребе. Таково краткое содержание первого раздела.
Как правило, в нигуним прием цитирования обозначает важные смысловые точки и является ключом к расшифровке смысла. Рассмотрим поближе первоисточники использованных фрагментов и попробуем понять: почему выбраны именно они и для чего прозвучали именно здесь.
Упомянутый фрагмент из «Арба бавот» Ребе РАЯЦ определил в своей известной статье как «интонацию углубления». В контексте нигуна «Тику ба-ходеш» интонация углубления звучит после «трубного гласа» — как ответная реакция души на него.
Упомянутый фрагмент из «Капеллы» охарактеризован также Ребе РАЯЦем как «погружение в работу». Сам нигун «Капелла» — это стратегический план по обезвреживанию злого начала. И «погружение в работу» — первый пункт плана. Ребе объясняет, что имеется в виду не столько количество времени, сколько качество самого погружения — сосредоточенность, способность отложить все посторонние дела и окунуться в решение волнующего вопроса.
Сопоставим этот отрывок с предыдущими двумя и получим последовательность событий: звучит шофар, душа пробуждается и углубляется, начинается процесс погружения в работу.
Второй раздел «Тику ба-ходеш» основан на аллюзии самой первой интонация из того же нигуна «Капелла». Он наиболее полно выражает идею погружения в работу — звучит энергично и целеустремлённо. Это уже больше напоминает не отклик души на сигналы извне, а на ее работу собственными силами, через «пробуждение снизу».
В третьем разделе появляется словесный текст — собственно, перечисление упомянутых выше трактатов. Звучит это перечисление на мотив используемой во многих напевах интонации принятия. Звуки мелодии плавно, как будто, по инерции, спускаются вниз, создавая образ «пустого сосуда», формируя состояние открытости и готовности принимать. Вслед за этим звучит снова тема погружения в работу из «Капеллы». Т.о. «сюжет» данного раздела выглядит так: готовность к принятию Торы от Ребе (после проделанной глубокой колоссальной духовной подготовки в первых двух разделах) и погружение в работу как отклик души на слова Ребе.
В этом и заключается ответ любавичских хасидов своим оппонентам. Не так важна продолжительность трактата и его интеллектуальная элитарность. Гораздо ценнее — глубина духовной работы в подготовке к встрече с Ребе и сила воздействия его слов: насколько хасид «включается» в воплощение изученных идей на практике. Иными словами: «Не говори, сколько раз ты прошел Тору. Скажи, сколько раз Тора прошла через тебя».
3. Работа с собой и работа с окружением
Нигун «Наши крамки» формально является «римейком» нигуна «Тику ба-ходеш». Начинается он как театральная сценка — диалог продавцов и покупателей. Продавцы «зазывают » свою «целевую аудиторию «, приглашают в свои лавки, которые открыты и ждут, чтобы люди их «расхватали». (Зазывания продавцов — это повтор одного и того же звука, очень похожий на звук шофара, как и в первом разделе нигуна «Тику ба-ходеш»). Покупатели интересуются ассортиментом.
Ответ продавцов звучит во втором разделе нигуна. Оказывается, товар — это те самые три трактата, привезенные от Ребе после месяца тишрей в Любавичах. Здесь полностью без изменений звучит музыка третьего раздела «Тику ба-ходеш».
А третий раздел нигуна «Наши крамки» — это второй раздел «Тику ба-ходеш»: с цитированием активной энергичной темы погружения в работу из «Капеллы».
Сравним две этих версии нигуна и попробуем понять: для чего понадобились перестановки второго и третьего разделов, и в чем сущстностное различие обоих вариантов?
Если «Тику баходеш» — это план работы с собой, то «Наши крамки» — план работы с окружением: посланник Ребе предлагает людям «товар» — Тору своего Ребе; люди открываются и «покупают товар», который находит отклик в их душе; как следствие, пробуждаются собственные силы, и человек начинает работать уже по собственной инициативе, самостоятельно. Как сказано, хасид — это фонарщик, и его задача — «зажигать» других. Энергичный раздел в конце нигуна «Наши крамки» свидетельствует о том, что «возгорание» произошло, значит, посланничество увенчалось успехом.
Пусть работа каждого из нас — с собой и с теми, на кого мы можем оказать влияние — приблизит и ускорит окончательное и полное Избавление.
