14 Тишрея 5782 года, второй день недели, гл. Браха

Операция «Красный голубь»

Дом за домом, улица за улицей «освобождался» Ямит. А сзади уже наступал второй эшелон — рычащих бульдозеров. Огромные махины разносили многоэтажные здания, словно невесомые карточные домики...

2031 (0)
Исраэль Кацовер
Операция «Красный голубь»
Ямит до эвакуации 

Эта статья была напечатана в журнале «СВЕТ» 20 лет назад. Но, к сожалению, сегодня в Израиле происходят события, заставляющие нас перечитать эту статью и задуматься...

Ямита больше нет. Вместе с городом исчезли с лица земли 17 цветущих поселений. Все это произошло на моих глазах, буквально за несколько дней, и я до конца своей жизни не забуду увиденное.

Мы уезжаем последним автобусом. Среди нас — несколько солдат и группа раввинов, в последнюю минуту совершивших над нами обряд «криа» — в знак глубокого траура они разрезали ножницами верхний край нашей одежды. «Всесильный, пришли чужие народы в удел Твой…».

Сегодня, в воскресенье, 25 апреля 1982 года, в 12 часов дня закончился пятнадцатилетний период еврейского Синая. Теперь над развалинами Ямита развеваются десятки египетских флажков.

Мы удаляемся от Ямита. На тыльной стороне нашего автобуса, замыкающего автокараван, большой транспарант: «Мы не отступили — мы уступили ради мира!»

Обгоняем троих пешеходов, угрюмо вышагивающих по дороге. Останавливаемся. Лора и Ави Пирхон с двенадцатилетней дочерью; их дом в Ямите несколько часов назад превратился в руины. «Мы не эвакуировались! — гневно говорит Ави Пирхон. — Нас изгнали».

Ямит после эвакуации 
Ямит после эвакуации 

Ямит еще не скрылся в песках, но никто из нас не оборачивается. Нет ни сил, ни желания смотреть на развалины, словно оставшиеся после страшного землетрясения. А перед внутренним взором — прекрасный, живой и веселый город, чья судьба всего четыре дня назад еще решалась на судьбоносных весах.

В среду состоялось специальное заседание правительства. Неопределенность последних переговоров с Египтом позволяла надеяться, что отступление будет отложено. Однако в последнюю минуту президент Мубарак прислал письмо: Египет выступает против создания палестинского государства, переговоры об автономии Иудеи и Самарии будут продолжены и, следовательно, мир продолжается. Колебания кончились, Бегин принял решение: эвакуация начнется в тот же день, в 2 часа дня.

Генерал Хаим Эрез, командующий южным военным округом, вызвал по рации все подразделения. Ему нужно было передать в эфир всего лишь два слова, но он никак не мог их выговорить и, наконец, прерывающимся от волнения голосом сказал: «Красный голубь», и сразу же отключился. «Красный голубь» — это был кодовый сигнал немедленно приступить к давно разработанному плану отступления.

Трагедия Ямита — это трагедия всего Израиля: никакими высшими или государственными соображениями не вычеркнуть из сознания горечи поражения, ощущения непоправимой ошибки.

— В 1939 году, — говорит Шмуэль Гордон, один из «старейшин» Ямита, — я был арестован за сионизм. В 1941 году в наш сибирский лагерь привезли еще одного «сиониста» по имени Менахем Бегин. Кто мог тогда подумать, что 41 год спустя этот «сионист» выгонит меня из моего дома а Ямите?!.. Бегин снес бульдозерами не только деревья, дома и нашу мирную жизнь. Он разрушил само понятие «сионизм»…

Так считают многие и неизвестны последствия этого нового мироощущения. Израильское общество деморализовано и растеряно, свидетельством этому — поведение армии в Ямите. Тридцать тысяч израильтян в солдатской форме, оцепивших Ямит — из расчета десять солдат на одного протестующего — не скрывали своей неприязни к полученному приказу.

Вот недавние эпизоды… Военный отряд, охранявший один из участков ограды, «не заметил» автоколонну из 22 машин, которая вошла в Ямит буквально рядом по неперекрытой дороге. На вопрос, почему машины не были остановлены, офицер дерзко ответил: «Мы получили приказ охранять ограду!» Другой патруль, поставленный у пролома в ограде, задержал пробиравшихся в Ямит… чтобы показать им соседний, неохраняемый проход в изгороди.

Таких историй множество, симпатии израильтян бесспорно на стороне противников передачи Синая, и правительству Бегина, «выполнявшему договорные обязательства», пришлось пережить немало трудных минут. Например, одна из операций противников выселения, оказалась горьким напоминанием лично Бегину.

В 1948 год к берегам Тель-Авива подошел корабль «Алталена». Он вез оружие, закупленное в Европе военной организацией Бегина, называвшейся «Иргун». Командование израильской армии решило положить конец партизанской войне с арабами, которую вели солдаты «Иргуна», и «Алталена» была потоплена. Трагическая гибель, которую не простили соратники нынешнего премьер-министра.

В апреле этого года из Ашдода в Ямит вышел караван из пяти судов. Операция получила название «Ал тифнэ на» (не возвращаться!) — созвучное с «Алталена». «Премьер-министр Бегин, — начиналось заявление участников операции, — ты помнишь „Алталену“?..»

Все это было намного раньше, когда еще не ушел в эфир кодовый сигнал — «Красный голубь». В среду, в 2 часа дня, финал трагедии Ямита начался. Окружившие город кольцом, тысячи солдат вошли в него одновременно. Эвакуация началась мгновенно и повсеместно. Солдаты взламывали двери, выносили людей из домов и помещали в автобусы. Как правило, не было никаких инцидентов: демонстративный протест, но и полное подчинение закону.

«Горячими» оказались три точки: бункер на окраине города, где укрылись сторонники Меира Кахане, 15 молодых олим из Америки и СССР, 30-метровый памятник героям Ямита и трехэтажное здание, на крыше которого из колючей проволоки и старых автомобильных шин была построена баррикада. Ее защитников окатывали водой и поливали мыльной пеной, но они не сдавались. Их снимали с крыши, силком загоняя в клетку, подвешенную на огромном подъемнике, и в этой же клетке переносили к автобусам.

Затаив дыхание, ждали евреи Израиля и всего мира конца истории с засевшими в бетонном бункере сторонниками Меира Кахане, которые пригрозили покончить самоубийством, если армия заставит их покинуть Ямит. Сторонники Кахане известны как люди слова, они не бросают обещаний на ветер. Напрасно правительство посылало к ним посредников, ответом было категорическое «Нет».

Не добившись успеха, главный раввин Израиля Шломо Горен потребовал немедленного вызова из Америки Меира Кахане. Правительство встало в тупик. Дело в том, что в Израиле выдан ордер на арест Кахане, но… «если жизнь человека в опасности — нарушают субботу». Кахане прибыл в Лод, перелетел на правительственном вертолете в Ямит и, в конце концов, сумел уговорить своих сторонников.

Странное ощущение: как будто одержана победа, но нет ни победителей, ни побежденных, и одинаково горький осадок в сердцах и тех и других. «Я с вами, ребята! — крикнул один из солдат студентам, забравшимся на вершину памятника погибшим за землю Ямита. — Только форма не разрешает!» «Раздевайся!» — донеслось сверху.

Всего не перескажешь, можно только перечислять… десантники ЦАХАЛа столкнулись со своим бывшим командиром, который вышел в отставку и сейчас присоединился к протестующим. Сын одного из руководителей операции «Красный голубь» был среди студентов, поднявшихся на вершину памятника. А старый раввин, которого нужно было силой выносить из укрытия, оказался Моше Сегалом — национальным героем Израиля, участником сопротивления во времена английского мандата. И солдаты отступили.

Кульминацией этих драматических столкновений была встреча начальника операции «Красный голубь», генерала Хаима Зреэа, с раввином Ямита Исраэлем Ариэлем — руководителем протестующих. Их беседа прошла без свидетелей, но, расставаясь, они публично расцеловались и сердечно пожали руки. После чего генерал Зрез сказал:

— Раввин Ариэль доставил мне немало огорчения. Но я хочу поблагодарить его от имени нашего народа. Только благодаря ему нам удалось избежать серьезных столкновений.

А вот что ответил «противник»:

— Я хочу, чтобы все узнали, как это было в действительности. Во время наших переговоров генерал Хаим Эрез неожиданно попросил офицеров покинуть комнату. И, оставшись со мной наедине, уже не сдерживаясь, заплакал. Тогда я сказал: Ваши слезы примирили меня с происходящим. Я понял, генерал, что в вашей груди бьется настоящее еврейское сердце…

Ни победителей, ни побежденных!

Дом за домом, улица за улицей «освобождался» Ямит. А сзади уже наступал второй эшелон — рычащих бульдозеров. Огромные махины разносили многоэтажные здания, словно невесомые карточные домики, и детскими песчаными кубиками ложились под гусеницы одноэтажные строения. Кошмарное зрелище, от которого невозможно было оторвать глаза. Под грохот монотонных ударов падает торговый центр, где были сотни магазинов: рассыпаются на куски десятки школьных зданий и детских садов: слепая мощь бульдозеров не щадит ничего: разрушены в щебень красавица-школа на морском берегу, рестораны и строения знаменитого пляжа Ямита, вызывая боль в сердце, ложатся на землю тысячи зеленых деревьев.

Зачем все это?

Оказывается таким было тайное соглашение с египтянами, которые боялись попыток возвращения. Жители должны забыть Ямит навсегда. А легче всего забывается мертвый город…

Мы еще были в Ямите, когда 70 динамитных взрывов, разрушивших самые прочные здания, завершили агонию города.

Прощай Ямит! 25 апреля после полудня сюда пришли верблюды бедуинов. Они пасутся среди развалин, выщипывая с таким трудом посаженную зелень. Вскоре сюда вернутся странствующие дюны и тысячелетняя пустыня занесет следы искусственной катастрофы. Трагедия Ямита стала историей. Но трагедия возвращения Синая не в прошлом. Она угрожает будущему!

Опубликовано: 02.05.2004

Поддержите сайт www.moshiach.ru
Читайте еще:
Ошибка в тексте? Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter