СБП. Дни Мошиаха! 9 Сивана 5784 г., суббота недели Баалотха | 2024-06-15 15:24

Наша лестница в Небеса

И спускаются по ней ангелы. Берегите нам, ангелы, наших солдат! И с северной границы берегите. И около Бейт-Эля стерегите. И в Газе чудеса им сотворите. И будет Г-сподь нам Б-гом. И победа будет за нами.

22.11.2023 716 мин.

Дорогие друзья!

Самая первая строчка в моей жизни из книги «Библия», или «Тора», была прочитана мной еще при советской власти, и это была как раз строка из недельной главы, где говорится — «Авраам родил Ицхака, Ицхак сын Авраама». Я сразу внутренне запротестовала против такого, казалось бы, бессмысленного повторения. Потом — спустя год-два — уже в синагоге мне объяснили, что речь идет о неслучайном уточнении. Дело в том, что Ицхак был абсолютной копией своего отца. Чтобы не судачили люди, — мол, от чужого человека понесла Сара. Более того, люди тогда еще не старели, они достигали 30-летнего возраста и оставались молодыми все столетия своей жизни. Именно для того, чтобы Ицхак смог почитать своего отца и отличаться от него внешне, Авраам и попросил у Всевышнего допустить в мир старость.

Но каким же образом Авраам и Ицхак могли быть одинаковыми внешне, если внутренне они совсем не похожи?

Авраам был сама доброта, а Ицхак — строгость. Авраам работал на самые широкие слои населения Земли, охватывая их словом Б-жьим, а Ицхак — тихо и спокойно рыл колодцы, трудился в направлении глубины, шел внутрь в своем постижении и не путешествовал, не распространял единобожие в широком смысле слова.

У Авраама было несколько жен и наложниц. У Ицхака — лишь одна Ривка.

Тем не менее, их глубокое внутреннее единство выражалось в том, что Авраам и Ицхак имели одно лицо. На иврите слова «лицо» и «внутреннее содержание» — одинаковы. И, раз лица их были столь похожи, значит, и души по сути были родственны. Это — единство противоположностей.

Но третье поколение — а именно, Яаков — это еще целая история, сама по себе восхитительная. Лицом он был копией Адама, первого человека. Для него, казалось бы, был сотворен весь мир. Однако Яаков испытывает неимоверные страдания. Уже при рождении он хватает за пятку брата, чтобы выйти первым. Но ему это не удается. Даже само его имя означает «пятка», «обойти», «задержать».

Им было по 15 лет, когда Яков варил похлёбку для своего отца, который сидел траур по своему отцу Аврааму. Тогда происходит знаменитый разговор между братьями, и первородство продано Яакову «за чечевичную похлебку». Вроде бы игра, символика, как в детском «Монополе». Но нет! Та же расстановка сил и при получении благословений от отца: первым заходит Яаков с блюдом, которое приготовила мама, и подает его отцу. Слепой отец ощущает аромат Ган Эйдена (то ли от одежд, которые были на сыне, — одежды самого Адама, то ли от праведности его?) и принимает блюдо благосклонно. Яаков получает благословения.

Но затем усталый, вернувшийся с охоты Эйсав входит со своим блюдом. Отец говорит ему, что благословения уже отданы «первенцу». Крик Эйсава потрясает всю округу. Неужели его опять провели?

Он получает оставшиеся благословения. На нефть? На руководящую роль в ООН? На спонсорство всех террористических организаций? На всю гуманитарную помощь? Возможно. Но он получает и «искры святости», которые изойдут от него.

Он благословлен «тучнейшим местом Земли» — это Италия и Греция. Мы рассмотрим этот намек в конце статьи, приведем слова современного итальянского министра, который приносит извинения в адрес еврейской страны и народа.

Эйсав в гневе посылает своего сына убить Яакова. Тот лишь ограбил его, но оставил в живых. Яаков идет брать себе невесту в местах, где проживает семья родственника — Лавана. А платить калым ему нечем… Он гол как сокол…

Эйсав увидел, что Яаков пошел за невестой. Решил и он взять себе еще новых жен, уже не из ханаанских девиц, а из Египта, от потомства Агари.

Яаков изучал Тору у Шема и Эвера, чьим наставником был еще Ной. Он не спал все годы учения. Теперь он был готов идти за невестой. По пути ему показали, что надо лечь на определенном месте (между Беэр-Шевой и Хараном), ибо там закатилось солнце и невозможно было продолжать путь. Он подготовил себе ложе и заснул. Тут явились ему ангелы, восходившие по лестнице, которая вела в Небо.

Б-г раскрылся ему и обетовал ему ту самую Землю, на которой он лежит. Тот город был назван Домом Б-га, Бейт-Эль (нынешняя ПА).

Ирония судьбы сопровождает Яакова повсеместно. Великие благословения, которые он получает, вызывают в нем лишь скромное желание уточнить: «Извините, а еду, одежду и защиту я тоже получу?» Потому что все эти возвышенные слова о том, что все его потомство будет благословенным и многочисленным, о том, что в нем будет благословлены все племена земные, звучат как-то размыто и непонятно. На данный момент у него нет даже элементарной кровати, чтобы поспать, и он спит головой на камне. А за невесту платить он будет 7 годами тяжелого труда, да и то в конце его обманут и дадут не ту девушку.

Поэтому его просьба скромна: «Хлеб для еды и одежда, чем прикрыться» плюс «Вернуться бы домой с миром», ну и конечно, самое главное — «Будет Г-сподь мне Б-гом». Вот такой у них вышел душевный разговор.

Далее Яаков увидал колодец, стада, пастухов и… Рахель.

Ради нее он был уже на все готов. Обманут его? Унизят, будут искать в его карманах золото, подарки, не найдут, снисходительно позволят ему остаться и проживать в качестве наемного работника? Позорные условия контракта, да еще и обман в конце семилетнего срока, и — новое закабаление еще на такой же срок?

Он согласен. Он любит Рахель. Рахель любит его. В итоге при участии еще 3 жен рождаются 12 сыновей и 1 дочь (по другой версии — еще 12 дочерей), а Рахель покидает этот мир при вторых своих (последних) родах, при дороге, где ее и хоронят.

Ну как тебе такие благословения, Яаков?

«Зависит, на что именно смотреть, на каких частях моей истории ставить акценты» — отвечает нам патриарх.

Да, я страдал. Но я приобрел имя, данное мне ангелом, — Исраэль. Оно стало названием народа. Сыны Исраэля — это мой главный итог, это достижение всей моей жизни. А жены, а любовь? А обманы Лавана-тестя? А побег от него? А вражда брата? А слепота отца? А изнасилование Дины? А пропажа Йосефа? Да, все это тоже было… Потому-то я и ответил с такой грустью на вопрос фараона, сколько мне лет? — «Да сколько там лет, и разве это жизнь вообще, разве это жизнью назовешь».

И все же — это жизнь, жизнь библейского патриарха, а в ней, как в капельке воды, отражаются будущие судьбы всех евреев мира.

Вот и сейчас: папа Римский просит прощения за погромы крестоносцев, правительство Италии извиняется за украденные из Иудеи сокровища Храма, множество стран выражают симпатию, изъявляют сочувствие…

«Был бы хлеб для пищи, одежда, чем прикрыться, а Г-сподь будет мне Б-гом». Так рассуждает Яаков. Таковы и его потомки. Наши солдаты в Газе идут в бой против террористов чистосердечно, бесхитростно, лишь бы было чем воевать за свой народ. А политики, как Лаван и как Эйсав, делят шкуру, делят бюджет, лебезят перед Америкой, наваривают и крутят свой какой-то левый интерес. Солдаты спят на земле, положив голову на камень. Но во сне они видят лестницу Яакова. И уходит она в Небо.

И спускаются по ней ангелы. Берегите нам, ангелы, наших солдат! И с северной границы берегите. И около Бейт-Эля стерегите. И в Газе чудеса им сотворите. И будет Г-сподь нам Б-гом. И победа будет за нами.

Комментарии: 1 Поддержите сайт
Читайте еще:
Ошибка в тексте? Выделите ее и
нажмите Ctrl + Enter