Чтобы помочь им не раствориться в джунглях из стекла и камня, сохранить еврейство среди небоскребов Манхеттена, ярких огней Бродвея и деловых костюмах Уолл-Стрит, здесь много лет действует «Центр для израильтян и ивритоговорящих».

Выяснилось, что этот монах — еврей по имени Моше. Он родился и провел свои детские годы в Индонезии, но японцы убили его отца и всех его братьев. Его мать-еврейка сбежала с ним в Голландию, но там к власти пришли нацисты и убили всю семью его матери.

Этот хабадник понравился мне. Я готов примириться с их подходом, но только ставлю ему одно условие: чтобы никогда не доставал меня с темой выполнения и соблюдения. Никакого! Вообще! Мацу принять я готов, а кроме этого — ничего.

Хаим объяснил, что не может: арендатор помещения в торговом центре обязан работать в субботу, иначе он получает штраф. Тогда я пригласил его к себе на субботу…

Через несколько минут он увидел чью-то фигуру с телефоном в руке. Это был начальник всего корпуса, выходец из России, тяжелый по характеру человек...

Один из студентов, начавших регулярно накладывать тфиллин, как-то обратился к Дотану с просьбой поговорить по душам. Он рассказал, что он начинает впадать в необъяснимую для себя депрессию. И все началось после того, как он первый раз пришел в синагогу.