25 Менахем-Ава 5781 года, третий день недели, гл. Реэ

Нигун «Бней эйхала»

4729 (0)
Нигун «Бней эйхала»
Обитатели дворца

Во время Святой Субботы нам предписано совершить три трапезы. Смысл этой традиции имеет много уровней: это и освящение субботнего дня, и знак уважения к нему, и способ выражения радости, и возможность «поднять к святости» такой, казалось бы, будничный процесс как насыщение.

Помимо этого у каждой из трех субботних трапез есть особая функция, связанная с глубокими тайнами Каббалы. Мы узнаем об этом из специальных текстов, предшествующих трапезе, и из традиционных гимнов, сопровождающих ее.

На первый взгляд, все три текста идентичны: сначала участников просят приготовиться «к трапезе в честь истинной веры, чтобы доставить радость святому Владыке», а затем нам сообщают, что в ходе ее нам откроются «сфирот» (Божественные атрибуты, посредством которых Он управляет мирами).

Отличаются тексты только порядком изложения этих «сфирот»: вечерняя трапеза открывается «проявлением» сфиры Малхут, во время утренней трапезы первой открывается сфира Кетер, а третья трапеза называется «временем радости Малого Лика» (Малый лик — общее название шести эмоциональных качеств, «мидот»). Связано это с тем, что в каждое время суток проявляются те или иные качества Всевышнего. (Если быть точнее, то каждый час происходит обновление Божественной энергии, как написано в книге «Тания». Благодаря особому хасидскому ощущению времени Алтер Ребе, как известно, различал день и ночь в темной тюремной камере и знал точное время произнесения молитв. Об этой же особенности праведника рассказано в известной хасидской истории о том, как в отсутствие Алтер Ребе один человек решил «скорректировать» время в соответствии со своими «суперточными» заграничными часами, и как Алтер Ребе мгновенно заметил, что кто-то передвинул стрелки его часов).

В практике ХаБаД используются особые мелодии на текст гимнов к каждой из трех субботних трапез. Каждая мелодия по-своему соотнесена с текстом и так или иначе подчеркивает его смысл.

Сегодня мы поговорим о нигуне, сопровождающем третью субботнюю трапезу — «Бней эйхала» («Обитатели дворца»). Мы попробуем проследить, насколько тонко и, в то же время, наглядно и очевидно, Алтер Ребе (предположительный составитель нигуна) сумел передать в музыкальных звуках буквальный смысл каббалистического словесного текста.

Уже было упомянуто, что третья трапеза — это «время радости Малого лика». Это означает, что в это время («время молитвы Минха») нашей душе раскрываются шесть эмоциональных качеств. Это «раскрытие» происходит на уровне, превышающем наше сознание. Для того, чтобы уловить его, необходимо особое духовное зрение (точно так же, как и для того, чтобы «разглядеть» гостей («ушпизин») в своей Сукке за праздничным столом). И вот, для того, чтобы раскрытие мидот не осталось для нас незамеченным, Алтер Ребе в рамках нигуна предлагает нам духовную «подсказку» — музыкальный портрет каждого почетного гостя третей субботней трапезы.

«Совершенно случайно» нигун состоит из шести музыкальных фрагментов — их число совпадает с количеством мидот.

Первое из шести качеств — Хесед (доброта). В нашем сознании доброта ассоциируется с широтой («широкая душа» — так часто называют добрых людей), щедростью, желанием и умением давать, распространением в самые отдаленные уголки мира для того, чтобы приближать, делать далекое близким. Первый фрагмент нигуна характеризуется широким диапазоном звучания, что позволяет нам предположить: перед нами — музыкальная иллюстрация понятия «хесед».

Второе качество — Гвура (строгость). Строгость, страх — эти слова заставляют нас инстинктивно сжаться, «уменьшиться», напоминают нам о границах. Также и диапазон второго отрывка нигуна сужается, мелодия движется по соседним, ближайшим звукам, широкий размах первого отрывка остается лишь в воспоминаниях. Интересная подробность: в первом отрывке направление мелодии было восходящим. Что неудивительно: доброта поднимает, возвышает человека. Во втором же отрывке направление, естественно, нисходящее: страх как бы пригибает к земле. Еще интереснее это наблюдение покажется людям, знакомым с фортепианной клавиатурой: при игре на фортепиано восходящее движение воплощается направлением по клавиатуре направо, а нисходящее — налево. Так же и в хасидизме говорится, что корень Хесед находится с правой стороны, а корень Гвура — с левой.

Хесед и Гвура уравновешиваются третьим качеством — Тиферет. Тиферет — это гармония, равновесие, оптимальное сочетание двух предыдущих противоположных качеств. В хасидизме Тиферет находится не справа, и не слева, а занимает «центральную позицию». В нигуне третий отрывок также «балансирует» между восходящим и нисходящим движением, как бы демонстрируя нам хрупкое, но столь прекрасное равновесие.

Четвертое качество — Нецах: победа, вечность. Слова эти в комментариях не нуждаются. Но музыкальный «комментарий» Алтер Ребе помогает «увидеть воочию» что такое победа. Мелодия четвертого отрывка напоминает победный марш. Характерный для этого жанра пунктирный ритм и уверенное восходящее движение звуков (Нецах расположена справа, как и Хесед) не оставляют и тени сомнения: так может звучать только победа!

Следующее качество — Од (признание, благодарность). В соответствующем ему отрывке нигуна мы слышим музыкальную фигуру, называемую «юбиляция». Это нисходящие короткие интонации, изложенные мелкими длительностями, каждая следующая из которых повторяет последний звук предыдущей. Такие интонации обычно применяются, когда мы воспеваем кого-то или что-то, перед величием кого или чего преклоняемся, признаем его великолепие и испытываем чувство глубокой признательности. Отметим: Од, как и Гвура, расположен слева, и направление движения мелодии в соответствующем ему отрывке, нисходящее.

Шестое качество — Йесод (основа). Отрывок нигуна, соответствующий ему, всеми возможными средствами выражает это понятие. Во-первых, это центральная часть композиции (всего в нигуне три части: первая — изложение пяти предыдущих качеств, третья — их видоизмененный повтор, а середина целиком посвящена «основе»). Во-вторых, построена эта часть на многократном повторении одной и той же интонации: ведь любой фундамент должен быть крепким, устойчивым и основательным!

Завершается нигун, как уже было сказано, повтором «парада мидот». На нем и не стоило бы задерживать внимание, если бы не одна деталь. В словесном тексте гимна «Бней эйхала» описывается духовная особенность «времени молитвы минха»: «Радуйтесь же теперь, в этот час, час благоволения (Всевышнего), когда не гневается Он… ибо строгий суд бездействует сейчас». Интересно, как бы вы, уважаемые читатели, изобразили музыкальными средствами бездействие строгого суда? Наверно если бы я была составителем нигуна «Бней эйхала», то в репризе (повторении первой части) убрала бы отрывок, соответствующий качеству строгости — тогда бы каждому было ясно: вот, был суд — и нет суда?

Но в отличие от нас с вами, Алтер Ребе отразил в нигуне настоящий хасидский подход. А заключается он в том, что «тьму не прогоняют палкой» и «немного света могут рассеять много тьмы». Алтер Ребе не уменьшает Гвуру, а… добавляет Хесед! В репризе в первом отрывке, соответствующем качеству доброты, неожиданно появляется дополнительный такт, захватывающий еще более широкий диапазон и еще более высокие ноты! На фоне неизменного повтора остальных отрывков это небольшое изменение производит неизгладимый эффект: начинаешь чувствовать, что действительно «строгий суд бездействует сейчас».

Хочется пожелать всем читателям и слушателям, чтобы мы научились у составителя «Бней эйхала» этому умению освещать жизнь, привнося в нее крупицы добра. И пусть это добро приведет, наконец, ко времени, когда строгий суд будет бездействовать, к полной и окончательной Геуле — в скорости, в наши дни!

Опубликовано: 09.08.2010

Поддержите сайт www.moshiach.ru
Читайте еще на эту тему:
Ошибка в тексте? Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter