Урок 115
205-я заповедь «не делай» — запрещение назиру есть зернышки винограда. И об этом речение Всевышнего: «Во все дни его назорейства ничего, приготовленного из винограда — от зерен до кожицы, нельзя ему есть» (там же 6:4).
Назир, который съел не менее чем кезайт виноградных зернышек, карается бичеванием.
И ты также должен знать, что все эти виды пищи, запрещенные для назира, объединяются в общий кезайт, и назир карается бичеванием, даже если съест один кезайт от всех видов вместе.
206-я заповедь «не делай» — запрещение назиру есть кожицу винограда. И об этом речение Всевышнего: «Во все дни его назарейства ничего, приготовленного из винограда — от зерен до кожицы, нельзя ему есть» (там же).
Назир, который съел не менее чем кезайт виноградной кожицы, карается бичеванием.
Доказательством того, что каждый из этих пяти запретов — пить вино, есть виноград, есть изюм, есть зернышки и есть кожицу винограда — является самостоятельной заповедью, служит следующее: бичеванием наказывают за нарушение каждого из этих запретов в отдельности. Сказано в мишне (Назир 34б): «Наказывают за вино в отдельности и за виноград в отдельности, и за зернышки в отдельности, и за кожицу в отдельности». И ясно сказано в трактате Назир (38б): «Назир, который ел свежий и сухой виноград, зернышки и кожицу, а также выжал гроздь и выпил, — карается бичеванием пятикратно».
Мудрецы Талмуда (Назир, там же) предположили, что назир, употребляющий в пищу виноград и его производные, может быть наказан за это более пяти раз, — ведь в целом ряде случаев составители мишны не упоминают всех существующих запретов. Рассматривалась, например, возможность, что в приведенной выше мишне не упомянут запрет «...Он не должен нарушать своего слова» (Бамидбар 30:3). Однако ни один из мудрецов даже не предположил, что не упомянут запрет пить уксус, — ведь назир, который пил вино и пил уксус, не наказывается за это дважды, поскольку уксус запрещен ему только потому, что образовался на основе вина, как мы разъясняли: испортившись и превратившись в уксус, вино не перестало быть запрещенным.
208-я заповедь «не делай» — запрещение назиру принимать ритуальную нечистоту, находясь под одной крышей с телом умершего. И об этом речение Всевышнего: «Во все дни, на которые он посвятил себя в назиры Всевышнему, нельзя ему подходить к умершему» (Бамидбар 6:6).
В Талмуде говорится (Назир 42б): «Ведь существует речение, запрещающее назиру принимать ритуальную нечистоту: „Пусть он не нарушает своей чистоты по их смерти“ (Бамидбар 6:7). Зачем же сказано еще, что „нельзя ему подходить к умершему“? Чтобы научить, что назир, вошедший в помещение, где находится тело умершего, преступает тем самым два запрета Торы: „Пусть он не нарушает своей чистоты“ и „Нельзя ему подходить к умершему“. И там же разъясняется, что, если назир вошел в помещение с умершим, коснувшись перед этим другого умершего и приняв ритуальную нечистоту от него, он наказывается бичеванием только один раз. Но если произошло так, что назир оказался в помещении с умершим и принял ритуальную нечистоту в одно и то же мгновение, он карается дважды: например, если он пришел навестить умирающего и оставался рядом с ним до наступления смерти — в таком случае он оказался под одной крышей с умершим и принял ритуальную нечистоту в одно и то же мгновение. Но если назир вошел в помещение, где уже находился умерший, — тогда он принял ритуальную нечистоту еще до того, как оказался под одной крышей с телом (ведь та часть его тела, которая оказалась первой под крышей, уже приняла ритуальную нечистоту — и назир стал ритуально нечистым до того, как оказался целиком в помещении), как разъяснено там — в соответствии с законами распространения ритуальной нечистоты.
207-я заповедь «не делай» — запрещение назиру принимать ритуальную нечистоту от мертвого тела (прикасаясь к нему или приподнимая ложе, на котором оно покоится). И об этом речение Всевышнего: «Из-за отца и матери, из-за брата и сестры — даже из-за них пусть он не нарушает своей чистоты по их смерти» (там же 6:7).
И если назир принял ритуальную нечистоту от мертвого тела — и такую нечистоту, которая обязывает его, прервав обет, состричь волосы, и такую нечистоту, которая к этому не обязывает, — он карается бичеванием.