5 Хешвана
Вызывает крайнее удивление и следующее: может ли быть, что в эпоху Мошиаха не потребуется знание законов о запрещенном и дозволенном, о чистом и нечистом? Ведь и для совершения жертвоприношений, и для будничных трапез необходимо забивать скот, а это невозможно без соответствующей теоретической подготовки. Закон гласит: животное, зарезанное ударом ножа с расстояния, давлением лезвия на горло, или зарезанное с предварительным вонзанием ножа между дыхательным горлом и пищеводом с последующим рассечением одного из этих органов, или зарезанного ножом, выпущенным в процессе убоя из руки на определенное время, — некашерно. То же верно и в случае, когда на режущей кромке ножа были зазубрины.
Неужели в будущем появятся люди с иными природными данными, люди-автоматы, которые будут забивать скот безошибочно, не опасаясь совершить перечисленные нарушения? Неужели на лезвиях ножей не будут появляться зазубрины?
Кроме того, будет важным, как и сейчас, знать законы, запрещающие употребление в пищу крови и определенных разновидностей жира, и другие запреты.
То же верно и в отношении законов о ритуальной нечистоте тела умершего человека, ведь и в ту пору люди будут умирать, хотя продолжительность жизни и возрастет в несколько раз, как написано: «И о столетнем скажут: „Умер юношей“».
Надо будет знать и законы о ритуальной нечистоте роженицы, это знание станет еще более актуальным, чем в наши дни, поскольку женщины будут рожать гораздо чаще, как написано: «...Беременная и родившая вместе вернутся из изгнания» — и Талмуд, толкуя эти слова, считает, что речь идет в них об одной и той же женщине, которая будет рожать в тот же день, когда забеременела, и многократно зачинать от одного полового акта, в результате чего количество детей в семьях резко увеличится; тем не менее, законы о ритуальной нечистоте роженицы не изменятся.
Нет необходимости в пространных опровержениях предположений, противоречащих истине, известной из Талмуда и мидрашей. Законы Торы не утратят своей силы и в будущем, более того: все разночтения их будут устранены. В Талмуде ставится вопрос: «Почему мудрецы обсуждают закон, который будет актуален лишь в эпоху Мошиаха?» — и сказано: «Придет пророк Элияу и разрешит все сомнения в понимании законов» и «Этот отрывок из Торы растолкует Элияу».
Непонятно и другое место в книге «Раая меэймана»: «...Люди, проникшиеся мудростью Торы, не будут зарабатывать на жизнь, получая плату от невежд и от дурных людей («эрев рав») — в чьей душе многочисленные примеси зла — потребляющих ритуально нечистую, изначально непригодную или ставшую некошерной пищу, не дай Б-г!» Ведь даже в период Второго Храма люди, проникшиеся мудростью Торы, не искали заработка у невежд, которые ели некошерное, запрещенное законом, не дай Б-г! У них были собственные поля и виноградники подобно простолюдинам («амей а-арец»). Поэтому они не были в материальной зависимости от них. И все же они занимались изучением разделов Торы, где речь идет о запрещенном и разрешенном, чистом и нечистом. Так было и в период Второго Храма, когда мудрецы попарно возглавляли Санедрин и у них были десятки тысяч учеников; однако каббалой они занимались, не афишируя этого.